К фестивалю «Алтаргана» известный дизайнер, модельер Раджана Будаева подготовила новую коллекцию «Шулуун тамга». Это не просто модный проект, а глубокое исследование культурного наследия бурятского народа, воплощенное в современном дизайне. Мы поговорили с автором о смыслах коллекции, вдохновении и творческих планах.
— Расскажите, пожалуйста, о проекте, который вы готовите к фестивалю «Алтаргана». В чем заключается его основная идея?
Коллекция «Шулуун тамга» — это мое творческое осмысление бурятской культурной идентичности через язык современной моды. Название переводится как «каменный знак» или «каменная печать»: шулуун – это камень, а тамга – родовой знак, символ принадлежности к роду. Изначально тамги служили знаками собственности, а со временем стали важной частью декоративной культуры. Их наносили на предметы быта, упряжь, оружие, элементы юрты и одежду. Мне хотелось показать, что многовековые традиции нашего народа могут органично вписываться в современный гардероб. В коллекции представлены актуальные силуэты — бомберы, джинсы, юбки, аксессуары. Традиционные орнаменты переосмыслены через современные материалы, принты, аппликации и вышивку. Каждый предмет становится своеобразным оберегом, связывающим человека с землей предков и сакральной энергией горы Хугтэй‑хан.. Таким образом, прошлое начинает говорить современным языком.
— Что вдохновило вас на создание этой коллекции? Какие идеи и образы легли в ее основу?
— Главным источником вдохновения стала сакральная сила моего тоонто нютаг – родной земли и горы Хугтэй‑хан.
СПРАВКА: Хугтэй‑хан (Городовой Утёс) — одна из пяти священных гор‑ханов (Табан хан) Бурятии, почитаемая и буддистами, и шаманистами. Гора высотой 1096 метров расположена в Кяхтинском районе, в километре от границы с Монголией, на правом берегу реки Чикой. В её пещере на отвесной скале сохранилось около 150 наскальных рисунков бронзового века, выполненных красной охрой, что подчёркивает древность и особую сакральную силу этого места.
Важную роль сыграли древние бурятские тамги, в том числе высеченные на камнях родовые знаки. В основу коллекции также легли природные образы Забайкалья: силуэты гор, степные мотивы, очертания юрты. Эти символы хранят память поколений и несут глубокий смысл.
По сути, одежда становится своеобразной летописью земли предков, где каждый элемент рассказывает историю о наших корнях и силе природы. Стиль коллекции можно определить как этногранж — это сочетание этнических мотивов и характерной эстетики гранжа. В работе мы объединили ручной труд, апсайклинг и современные технологии.
— Насколько в коллекции отражены традиции бурятской культуры и как вы сочетаете их с современными дизайнерскими решениями?
— Традиции бурятской культуры отражены как в общей концепции, так и в деталях. Для меня было важно создать настоящий диалог между прошлым и настоящим. Центральное место занимают тамги — родовые знаки, заимствованные из исторических источников. Они появляются в вышивке, аппликациях и декоративной перфорации. В цветовой палитре использованы традиционные цвета бурятского костюма: синий, зеленый, белый и бежевый. В крое присутствуют отсылки к традиционному дэгэлу — асимметричные линии, свободный верх, характерная пластика силуэта. Однако все это адаптировано к современным тенденциям. Например, традиционный халат трансформируется в оверсайз-жакет с укороченными рукавами.
Особое внимание уделено материалам. Мы соединяем джерси, имитирующий фактуру войлока, джинсу, экокожу и традиционную ткань торго. Контраст материалов подчеркивает встречу разных эпох. Аксессуары также продолжают эту идею: сумки и пояса выполнены в технике пэчворк с орнаментами, а украшения представляют собой современные интерпретации тамги. Мне хотелось показать бурятское наследие не как архаику, а как живой источник вдохновения для современной моды.
— С какими трудностями или интересными открытиями вы столкнулись в процессе подготовки проекта?
— Работа над коллекцией оказалась одновременно сложной и очень вдохновляющей. Одной из главных задач стало перенесение старинных орнаментов на современные материалы. Исторически такие узоры создавались для войлока, кожи и шелка, а мы работали с джерси и джинсой. Нужно было сохранить узнаваемость символов и одновременно сделать их органичной частью современного дизайна.
Не менее важным оказался поиск баланса между аутентичностью и актуальностью. Я изучала музейные архивы, консультировалась с этнографами и мастерами, чтобы не исказить смысл древних символов. При этом важно было избежать простой реконструкции исторического костюма.
В процессе работы произошли и интересные открытия. Например, современное джерси оказалось удивительно близким по визуальному восприятию к фактуре войлока, а его сочетание с джинсой позволило создать выразительный контраст материалов и эпох.
Большую роль сыграла совместная работа с мастером Даримой Дугаржаповой. Наш творческий тандем позволил экспериментировать с декоративной перфорацией, синелью, пэчворком и коллажными техниками. Благодаря этому появились новые художественные решения, напоминающие древние тамги, но обладающие современным, почти футуристическим звучанием.
— Чем этот проект отличается от ваших предыдущих работ и какие творческие задачи вы ставите перед собой в рамках подготовки к «Алтаргане»?
— Коллекция «Шулуун тамга» стала для меня одной из самых масштабных и концептуальных работ. Впервые я так глубоко погрузилась в исследование родовых символов и их значения. Если раньше этнические мотивы выступали скорее декоративным элементом, то теперь именно тамга стала смысловым и визуальным центром всей коллекции. Еще одно отличие — активное использование современных технологий и декоративных приемов для интерпретации древних символов. В предыдущих проектах основное внимание уделялось силуэту и крою, а здесь важнейшей задачей стало сохранение сакрального смысла тамги.
Мне хочется не просто создать красивую одежду, а выстроить полноценный визуальный рассказ о бурятских родах, их связи с природой, землей и небом. Важно сделать коллекцию одновременно узнаваемо этнической и современной, чтобы она была близка молодому поколению и понятна старшим. Я надеюсь, что этот проект станет своеобразным мостом между поколениями и поможет по-новому взглянуть на культурное наследие нашего народа.
СПРАВКА: Бурятские анималистические тамги — родовые знаки на основе образов животных (орла, волка, быка, лебедя или стилизованного «бараньего рога»), служившие метками собственности, например, для обозначения скота. Позже эти символы обрели тотемный смысл и стали выполнять функцию оберега, а их мотивы вошли в традиционный орнамент «угалза».
— Какие творческие планы у вас после фестиваля?
— После «Алтарганы» работа над темой тамги обязательно продолжится. В ближайших планах — создание мини-коллекции аксессуаров: сумок, шарфов и украшений с мотивами родовых знаков. Также мне хотелось бы организовать авторский показ-инсталляцию с участием других местных дизайнеров.
Отдельное направление — образовательные проекты. Я планирую провести серию мастер-классов по этнической стилистике для молодых дизайнеров Бурятии. Кроме того, рассматриваю возможность коллабораций с местными ремесленниками для создания лимитированных изделий с ручной вышивкой и традиционными техниками обработки кожи и кости. А моя долгосрочная цель — представить коллекцию с бурятскими мотивами на одной из международных недель моды и познакомить широкую аудиторию с богатой культурой нашего народа через современный язык моды.
