В журнале History and Philosophy of the Life Sciences вышла работа исследовательницы из Мюнхена о парадоксе ранней советской науки: власти боролись с буддизмом и «знахарством», но учёные одновременно создавали лаборатории этноботаники и привлекали лам-лекарей как носителей древних знаний.
Был и практический мотив — «фармацевтический голод»: страна искала замену дорогим импортным лекарствам в растительном сырье. Эти поиски продолжали имперские исследования времён Первой мировой войны, но были масштабнее и лучше организованы.
В 1930–1934 годах, в разгар антирелигиозной кампании, прошло не менее шести экспедиций по изучению тибетской фармакопеи. Главными помощниками на местах стали бурятские ламы-врачи, делившиеся своими знаниями.